Актуальная

ОБРАЗОВАНИЕ НЕ ПРОИЗВОДНЫХ ОСНОВ

ЯЗЫКОВЫХ ЗНАКОВ НА ПРИМЕРЕ

КОРНЕВОГО СЛОВА ПОЛЪ

Ut sementem feceris ita et metes

 

I

Я позволю себе в самых общих чертах и срезах поделиться некоторыми, на мой взгляд, заслуживающими пристального внимания и всестороннего изучения соображениями, которые, как я на это надеюсь, прольют хотя бы немного света на проблемные вопросы исторической лексикологии и лексикографии, прежде всего, восточнославянских языков.

Предметом моего исследования является не производная основа слова полъ. То есть, я изучаю корневые слоги, потому что хочу узнать, каким образом простые и ёмкие слова мотивированы в плане выражения и содержания, для того чтобы понять языковую картину, с помощью которой носители языка воспринимают образ мира. Всё решение сводится к тому, чтобы показать как отделить зерно от плевел, что и станет основополагающим условием при образовании имён и движущей силой при наименовании образов. Цель — провести между словами, весьма различными в плане выражения и содержания лексико-семантические параллели.

Ещё И. А. Бодуэн-де-Куртенэ (1845-1929) справедливо полагал, когда излагал понятие морфемы, что: «Против деления речи на предложения, предложений на слова, слов на морфологические единицы немного, пожалуй, можно сказать. Но на морфологической единице или, как я её назвал, морфеме, это деление заканчивается». Вовсе не умаляя заслуг или достоинств известного учёного, я полагаю, что это не совсем так: морфема может и должна быть разделена. И я настаиваю на том, что неделимость морфемы далеко не самоочевидна!

Не так сложно заметить, что среди всего нескольких известных морфем, только корень обращает на себя столь пристальное внимание, и только деление корня, и никакое другое деление, будет способствовать его всестороннему изучению. Во-первых, потому что корень является производно значимой основной частью слова; во-вторых, как таковой, корень состоит из не производной основы слова; в-третьих, будучи не производной частью слова, корень определяет то направление, в котором происходит развитие значений.

По всей видимости, мною была найдена некая неизвестная науке величина, из которой, собственно говоря, возникает всё многообразие языка, и относительно которой деление корня вообще становится возможным. Всё незнание предмета в основе своей было связано прежде всего с некоторой научной закоренелостью по общим вопросам, и трудность эта коренилась в недостаточной изученности как плана выражения, так и плана содержания слов.

Раскладывая корни на структурные элементы, я обнаружил от одного до двух и реже трёх или четырёх слогов, из которых не сложно было выделить основной, — так называемый корневой слог. «Корневой» потому, что на нём и только на нём держится корневая структура слова. И одни и те же корнеслоги могут быть выделены в не производной основе разнокорневых слов, и они же могут быть выделены как не производная основа в составе слов однокорневых и, наконец, из них могут состоять целые корневые слова, как слова одного слогового корня. На примере корневого слога {пол} рассмотрим соответствующие разряды слов:

I. Корневые — 1) пол «настил», 2) пол «род», 3) пол «1/2».

II. Однокорневые — пола, поле, поли, поло, полу, полый, полоть.

III. Разнокорневые — полк, полнота, половина, полоса, полтина.

Выпадение гласных в ударных и безударных корневых слогах и передвижение в них оставляет впечатление некоторой произвольности гораздо более мнимой, чем от согласных в корне. Как выпадение гласных отменяет корневой слог, так передвижение гласных корневой слог подменяет. Это передвижение ударных и безударных гласных и выпадение их в корневых слогах создаёт новые разряды слов. Поэтому для понимания плана выражения и плана содержания слов мало только одного понимания корня. Не менее важно понимание корневых слогов как исходных данных по каждому разряду слов.

I. Корневые — 1) пал «пожар», 2) пал «гарь, зола», 3) пал «свая».

II. Однокорневые — 1) палить, пальба; 2) паль, пыль; 3) пяло, пялить.

III. Разнокорневые — 1) пламя; 2) пепел, пела, пыльца; 3) палкапяльцы.

Несмотря на всё разнообразие слов с корневым слогом {пол}, исключительно однообразными представляются корневые согласные {п} и {л}, которыми явно поддерживается как лексически, так семантически обусловленная связь между разрядами. Если согласные типа {п} и {л} неизменны, имеет смысл говорить об их сочетаемости, а лексико-семантическая связь, обусловленная сочетаемостью корневых согласных, побуждает говорить об их исключительности. Отмена или замена одной из двух согласных приведёт к пересмотру всего плана. Постольку сочетаемость корневых согласных типа {п} и {л}, как постоянную величину и константу словоформ, я назвал семенем. Важность этого, как я думаю, состоит в том, чтобы свести разряды слов к одному единственному словоряду и каждое слово в этом ряду — к общему для всех знаменателю.

Понимание семени не может быть сколько-нибудь важным без того, чтобы не обратить внимание на всем известные такие языковые величины как лексема и семема. Данные термины употребляются приблизительно в том смысле, какой придаёт им Н. И. Толстой в своих Типологических исследованиях словарного состава: «Слово в аспекте лексикологическом… является единством лексемы и семемы. В плане выражения слово — лексема, в плане содержания — семема. Под лексемой, таким образом, нужно понимать звуковую оболочку слова, под семемой — его содержание». Если под лексемой понимается план выражения, который предопределён звуковой оболочкой слова, то под семемой понимается план содержания, который собственно говоря ничем не предопределён. И если в работах заходит речь о семемах, без проблем не обходится потому, что план содержания для каждого ума лишь свой. Другими словами, семема также как и лексема вполне может быть ощутима, также имеет звуковую оболочку, которая предопределяет план содержания слова. В нашем случае, под семемой должно понимать такой план содержания, который предопределён звуковой оболочкой семени, — собственно семой, имеющей общий признак частных значений слов, точно также как план местности — краткое обозначение общего вида. Поэтому, план содержания слова, или та же семема, и его значение, или та же семантика, — не одно и то же. Сколько бы не было значений слова, план содержания будет одним и тем же, и этот план будет выражаться звуковой оболочкой семени по признаку. Также как слово является языковым знаком, так одно единственное семя является языковым признаком. То есть признак находится буквально при языковом знаке и в любом языковом знаке помимо словарных значений всегда можно найти значение по признаку.

Все недоразумения возникали оттого, что до настоящего времени не было даже в помине такого учения, которое бы приблизило науку к изучению семемы и её звуковой оболочки, без которой план содержания и значение слова ничем не поддержаны и никем не обоснованы. Представляется необходимым здесь дать название учению, которое с лёгкой руки я назвал как учение о семенах слов, а именно семология. И для того чтобы понять, каково же место семологии в ряду смежных учений, как фонетика и морфология, нужно рассмотреть не только то, что имеется в этом учении от фонетики, и что имеется в нём от морфологии, но и понять, какое же место занимает в этом ряду учение о фонемах?!?

Фонетическая составляющая семологического учения в том, что семена слов без морфологического множества, — не более чем набор звуков, пропадающих в общем речевом потоке. В самом деле, каким образом среди множества звуков человеческой речи становится возможно выделить определённое звуковое сочетание? Без морфологического учения семена слов представляются как бы беспорядочным и бессмысленным повторением одних и тех же фонет.

Морфологическая составляющая семологического учения в том, что наряду с фонетическим множеством стало возможно выделить определённое звуковое сочетание, значение которого по признаку не противоречит плану выражения. И тем не менее, семена слов, не будучи ни одной из морфологических величин, есть ничто иное как проформа слова в исконном или первобытном состоянии.

Фонологическая составляющая семологического учения в том, что в известном звуковом пространстве языка есть некоторое количество не только слово, но и семя образующих звуков, — фонем. Фонология также соответствует пониманию смежного учения и на плоскости может быть представлена опосредованно, как между фонетикой и семологией, так семологией и морфологией:

Фонетика → фонология → семология → фонология → морфология.

Морфология → фонология → семология → фонология → фонетика.

Между фонетическим и морфологическим учением существует обратная связь, которую поддерживает семология как учение о семенах слов. Но качественный скачок от морфологии к фонетике, отнюдь не количественный — от фонетики к морфологии, определяет место семологии в ряду смежного учения о фонемах. И по всей видимости, таков исторически обусловленный количественный путь развития языков: от фонетических звуков через отдельно значимые сочетания семологических фонем к образованию морфологических звуковых единств. По этой причине словарный состав любого языка можно и нужно подразделять на ряды фонетического, морфологического и фонологического множества. Под фонетическим множеством я понимаю повторяющуюся кряду номинативную функцию слова для одного и того же или различных понятий, как например звуковое сопровождение волка в различных языках и диалектах (рус. волк, укр. вовк, бел. воўк, срб. вук, алб. uk, ujku, нем. Wolf, гр. lykos, лат. lupus, фр. loup). И под морфологическим множеством я также понимаю повторяющуюся кряду номинативную функцию слова для одного и того же или различных понятий, как например звуковое сопровождение волка в различных языках и диалектах, в котором согласные буквы в, л, к первостепенны (рус. волк, блг. вълка, макед. волкот, слов. volk, чех.-слов. vlka, пол. wilk, лит. vilkas, лтш. vilks). И наконец, под фонологическим множеством я снова понимаю ту же повторяющуюся кряду номинативную функцию слова для одного и того же или различных понятий, как например звуковое сопровождение волка в различных языках и диалектах, в котором фонемы /в/ и /л/ выделяются на общем фоне как семя образующие.

Так, из фонетического множества я выделил две семя образующие фонемы |п| и |л|, которые в ином уже семологическом ряду слов неотделимы. По наличию мягкости и твёрдости, глухости и звонкости типичных согласных, я назвал эту чету консонантных звуков фоном слова. Таким образом, семена слов являются как бы фоном или общим местом, на котором запечатлеваются слова. Семена слов восполняют пробел, который всё это время существовал между фонетикой и морфологией, и не могут поэтому быть предметом изучения ни фонетики, ни морфологии как самостоятельных учений.

В наличии семы как звуковой оболочки семени убеждают разряды слов. Слова в каждом из разрядов объединяются в один единственный словоряд, в котором языковое множество переводится в тождество с расчётом на одно единственное семя. Иной словоряд будет выражаться через иное семя: количество рядов слов исчисляется одним качеством семы. В каждом из таких рядов слова делятся на порядки. Слова первого порядка древнее других и состоят из не производной основы, являясь производящими для слов второго порядка; из второго порядка слов производятся слова третьего порядка и так далее. Как правило, все слова, выраженные одной единственной звуковой оболочкой семени и составляющие ряд, семологически тождественны. Сема есть ничто другое как семологическое тождество.

Сема является тем субстратом, на котором развивается в разные стороны одно единственное значение, которое со временем распадается в пространстве на многозначный словоряд, впадая разветвлёнными смыслами в самовитое слово. Точно также как большие и малые реки впадают в одно единственное море, так разнообразные значения знаков одного ряда совпадают с общим значением их единственного семени. Как таковое обобщённое значение семы имеет свойство однозначности — одно единственное значение семы в многозначном ряду слов. Однозначность семы является единственным признаком языкового множества, который находится в отдельно взятом языковом знаке, значение которого, как правило, семологически обоснованно.

Общее значение семы определяется, если исходить из частных значений слов. Оно предполагает нахождение слова, как правило первого порядка, основное значение которого прослеживается в ряду семологически тождественных слов. Слова первого порядка первостепенно значимы и по меткому выражению А. Х. Востокова (1781-1864) представляются как «коренные и первообразные слова языка славянского». Слова, состоящие из одного корня, как правило, наиболее древние и первообразные, как бы передающие самый первый образ, а наряду с ним тот признак, который оказывается определяющим для всех последующих наименований. Соответствующие этому слова я назвал слогословами, так как в плане выражения они представляют и корневой слог, как предмет изучения семологии, и корневую основу, как предмет изучения морфологии; и при всём при том они являются ни больше, ни меньше целыми словами!

Признак от слогослова есть образный стержень всего словоряда. Подобно тому как жемчуг нанизывают на единую нить, так значение слогослова единственно проходит через все имеющиеся значения словоряда сообразно ожерелью. Как ожерелье держится на одной единственной нити, также словоряд держится на одном единственном значении слогослова. Значение по слогослову определяет признак как семологическое основание, на котором зиждется учение о семенах слов, как естественная отрасль научного знания.

Прежде чем перейдти от теоретической к практической стороне исследования, необходимо предупредить о тех шагах, которые были и будут ещё предприняты в этом направлении. Первый шаг состоял в том, чтобы выделить чету корневых согласных, что фонологически было проделано на примере согласных /п/ и /л/. Второй шаг состоял в том, чтобы чету выделенных консонант по признаку |п| и |л| распределить согласно не производным основам, что морфологически было проделано на примере разрядов слов. И третий шаг состоит в том, чтобы найти слово-слог, что семологически оказывается возможным уже на примере корневого слова полъ. И последний четвёртый шаг будет состоять в том, чтобы взять всё возникающее типологическое однообразие в лексико-семантических разотождествлениях между основополагающим значением слогослова и всеми имеющимися значениями словоряда.

 

II

Корневой слог {пол} не сложно выделить в составе не производной основы из древнерусского полъ. Современное слово представлено в виде трёх омонимов, значения которых в Толковом словаре русского языка С. И. Ожегова за 1953 год сводятся к следующему:

  • 1. Пол — в доме, помещении нижний настил, по которому ходят;
  • 2. Пол — каждый из двух живых существ (самцов и самок);
  • 3. Пол — при указании значения половины, пол первого.

Толковый словарь С. И. Ожегова за 1972 год отражает утрату в 3. Пол признаков самостоятельного слова; в нём оно уже представлено как часть сложного слова или словосочетания, например вполоборота.

Первое, что необходимо, — это найти основное значение среди трёх словарных значений языкового знака пол, с которым окажется возможным сопоставление по признаку.

Происхождение 3. Пол и 2. Пол от одного смыслового корня ни у кого не вызывает сомнения, также как латинское слово sex «пол (существ)» одного корня, что и русское секу «разделяю (надвое)». И тем не менее, этимологические словари не дают сколько-нибудь осмысленного ответа на вопрос, связанного с 1. Пол и 2. Пол: что может быть общего между полом, по которому ходят, и полом человека? Но ещё в далёком 1890 году при разборе этимологического словаря Ф. Миклошича (1813-1891) Р. Брандт (1853-1920) заметил, что он «не стал бы отделять polu2 от polu1» , не дав при этом развёрнутого обоснования к своему замечанию. Следы общности в омонимах обнаружила Г. А. Богатова, справедливо заметив, что «в данном случае сопоставление по противоположности понятий представляется более продуктивным, чем сопоставление по сходству». И никем не отмечено о взаимной обусловленности между 1. Пол и 3. Пол: кто бы мог подумать, что между полом помещения и половиной может быть хоть какая-то осмысленная связь?

Среди всех значений слогослова пол значение половины является ключевым и основополагающим для представления семологического множества. Лишь оно даёт возможность узнать о том, почему живые существа делятся на мужской и женский пол, и почему они ходят именно по полу!?

Второе, что необходимо, — найти основное значение, которое станет ключевым из представленных словарных значений половины, основополагающее условие которого станет определяющим для семологического множества. Словари дают следующие толкования половины. Словарь русского языка XX в. (под ред. С. И. Ожегова) и Словарь русского языка XI—XVII вв. (под ред. С. Г. Бархударова):

  • ПОЛОВИНА, ~ы, ж. 1. Одна из двух равных частей, вместе составляющих целое. 2. Середина какого-нибудь расстояния, промежутка времени. 3. Отдельная часть помещения (устар.). 4. с определением.
  • ПОЛЪ, м. и ж. 1. Одна из двух частей чего-либо (иногда неравных); половина. 2. Одна из сторон чего-либо, берег. 3. Середина чего-либо.

Только одно из предложенных значений половины как одной второй равной доли чего-либо, можно взять в основу и по признаку, который станет ключевым в представлениях семологического множества, и который в прошлом приводил к образованию новых значений у исходного полъ. Словарный обзор и языковой опыт будет в помощь при сопоставлении понятий по признаку противостояния, какой имеет половина вообще, и какой в частности не отражён в приведённых словарных статьях и цитатах.

3. Пол. Дробное число одна вторая подсказывает, что половин всего две: первая и вторая, другая, как противоположная первой. Это частей может быть больше или меньше согласно количеству, но половин всегда только две: одна и другая с нею. По этой причине толкование половины как «одной из двух частей» можно признать не достоверным. Равная доля показывает, что первая половина будет равна второй, как своей противоположности. Это части могут быть больше или меньше согласно их качествам, но половины равномерно распределены между собой. По этой причине, толкование половин как «иногда не равных» «частей» можно признать не правоверным. Чего-либо показывает, что половины вместе как одно единственное, по существу, третье. Это при совмещении частей двух и более возникает целостность; при совмещении одной половины с другой своей половиной возникает полнота. По этой же причине, истолкование половин как «вместе составляющих целое» неимоверно. И так как половины количественно равны, имеет смысл словарное значение половины как «одной из двух сторон чего-либо, берег»: у реки два берега. Так как половины качественно равны, то имеет смысл значение половины как «середины чего-либо, промежутка» или «середины какого-нибудь расстояния» и «промежутка времени». Взаимосвязь половин указывает на их двойственность как на противоположность понятий. Если одна противоположность уравновешивает другую где-то по середине или в промежутке, то и половины равномерно распределены между собою: полночь как середина ночи или полдень как промежуток дня. Суть противоположности состоит в том, что половины распределяются по смежности понятий: нарезать половину, раскроить пополам. Свойство противоположности как и смежности неизменно наблюдается в ряду семологически тожественных слов по признаку противостояния ||пл||. В полупиру и полукушаньях, то есть к середине пира и наполовину съеденной пище. В пол обеда (утра), в середине дня (промежутке от восхода до рассвета). Мужская и женская половины терема.

2. Пол. Бог велел делиться наравне со всеми и сам поделил всех поровну, после чего появилось мужское и женское, из которых каждое стремится найти свою половину, для того чтобы стать полнотой. Но если мужское и женское в паре не уравновешены, то есть они не относятся друг к другу равным образом, то одной полнотой им не стать и друг на друга ровно не дышать. Мужское и женское — две половины одной полноты — полноты человеческого. Одна половина ничем не лучше или не хуже своей половины, ничем не больше или не меньше её; она всегда будет искать себе ровню, для того чтобы обрести равновесие. Мужской пол и женский пол, — в каждой половине заключена полнота, ведь мужчина — это человек, и женщина — тоже человек; и каждый из них, будучи человеком, уже является полнотой; он полон собой и она полна собою. В каждой женщине есть что-то от отца; в каждом мужчине что-то есть от матери. В двух половинах — одна полнота человека. Разве полнота может быть лучше или хуже полноты, больше или меньше её?! Но все противоречия возникают оттого, что половины отожествляются с частями, как полнота человека отожествляется с его частной жизнью: будучи повар, он готовит лучше многих женщин; шахматистка играет лучше многих мужчин. И если мужское и женское — это две половины одной полноты, как полноты человеческого, то половинам нужно где-то соединиться. Соединение мужчины и женщины происходит в сердце, как начала и конца — в середине! Значение пола обусловлено противоположностью либо смежностью понятий мужского и женского рода. Отроческий пол. От мужеска пола и до женьска.

1. Пол. Настил в помещении, по которому ходят, тоже имеет половину. Стороной противоположной полу как нижнему настилу оказывается потолок как верхний настил, дословное значение которого — «по тлу», где тло, основание: точнее ‘по основанию’, дословно «по отношению к полу». Сгореть до тла значит быть разрушенным до основания, — распасться на основные составляющие. Более того, потолок является ничем иным как тем же полом, но для верхнего жилья, или верхним полом как противопоставление нижнему полу, по которому ходят. Не безызвестно, что и баснословные боги перемещаются на колесницах и санях по небесному полу как полу земному. Небо в древних сказаниях является будто полом для верхнего жилья, — той самой твердью, на которой предустановлены небесные тела и пребывают небожители, а земля является полом для нижнего жилья. Отсюда следует, что значение пола, по которому ходят, производится не по признаку плоской и ровной поверхности, а по признаку противоположности верха и низа, правой и левой стороны. В том смысле, что изначально двигались не по плоской поверхности, как ожидалось бы, а на противоположной стороне, с которой и нужно ассоциировать пол. Стало быть по полу буквально значит ‘по половине’. Оный полъ, торговая часть древнего Новгорода, которая находилась на берегу, противоположном старому городу, обыкновенно называвшемуся как си сторона. Из Новгородской летописи: на другие полъ Днепра, оба полъ реки Буга, оба полъ Волхова. Или по Шестодневу: оба пола лица челюсти есть две — верхняя и дольняя.

4. Полнота. Для того чтобы понять, что же есть полнота, необходимо понимание того, что есть половины!? Одна половина не является полнотой, также как день без ночи или ночь без дня не являются полными сутками. Без половин полнота не проявлена и вне полноты не проявлены половины; и также как вне суток не бывает явления дня или ночи, так без дня или ночи не бывает явления суток. И как полнота является в каждой своей половине, так половины являются во всей своей полноте, и сутки проходят в течение года как день и ночь, а смена дня и ночи происходит в сутки. Полнота существенна, половины вещественны также, как существенность суток является вещественностью дня и ночи. Полноту дано осознавать, половины — чувствовать, так как невозможно убедиться в веществе суток, потому что сутки проходят перед глазами днём или ночью. Как неделима полнота, так же делимы половины, потому что сутки невозможно представить себе вне дня или вне ночи. Полы горизонтовы, зенит либо надир, как верхнее и нижнее положение солнца относительно истинной линии горизонта.

Приведу ещё два очень показательные примера полноты.

Танцор и танец, — как две половины одной полноты. Если не будет танцора, то не будет танца, если не будет танца, не будет танцора. Танцор только тогда есть, когда он танцует, а если танцор не танцует, танца не будет, а вместе с танцем не будет танцора; когда танцор останавливается, танец прекращается. Так танцор исполняет танец, а танец — танцора. Полнота проявляется в каждой половине, каждая половина проявляется в полноте. Танцор — это уже полнота и танец — тоже полнота: из полноты танцора возникает полнота танца, из полноты танца возникает полнота танцора. Танец Шивы, как полнота Абсолюта. То полно, это полно: из полноты возникает полнота. Если из полноты взять полноту, то всё равно останется полнота.

Симметрия в форме яблока обращает внимание на то, чтобы пересмотреть его половины как правую и левую сторону. Если мысленно провести сечение вдоль сердцевины плода, то яблоко поделится наполовину. Яблоко разделили ровно на две части и целого фрукта как не бывало, но его половины — это всё равно яблоко, тот же фрукт. На сколько бы частей не разрезали две половины и части наполовину, фрукт тем не менее останется яблоком. Не станет, правда, уже того целого плода, но само яблоко останется в его частях. И если продолжить резать части на части, то яблоко останется в кусках плода. Не будет уже целого плода, но его полнота, или самоё яблоко, пребудет. Плоды яблони — в полноте яблока.

Каким же образом не производная основа в ряду семологически тожественных слов функционирует по признаку противостояния, включающему три функции противоположения, противопоставления и размежевания понятий, достаточно подробно можно рассмотреть на следующих примерах.

  • Пола — одна из сторон распашной одежды; правая либо левая половина такой одежды, которая с другой полой соединяется спереди петлями или пуговицами обычно по середине и книзу при ходьбе распахивается. Пола хорошо видна, когда человек одет, что называется, на распашку. За полу ухватиться. А под левою полою несёт саблю наголо. О целом предмете, состоящем из двух частей. И пола его (и подставы), о щипцах. Пополам, на пола как на две равноценные составные части.
  • Полк — (устар.) народ, собрание, часть. Представлен как мужским, так и женским полком, что является знамением борьбы мужского и женского начала, символом противостояния мужского и женского рода, значением мужской силы и женской слабости. В нашем полку прибыло. Также это соединение воинских частей. Артиллерийский полк.
  • Полмя (устар.) — надвое, на две половины как на равноценные части. Полмя разодрать. Да не полъма растесан будешь.
  • Полтина — русская монета в половину стоимости рубля: разрубленный на половину рубль, две полтины слитка. Полтинник, числительное «50» как половина от ста, всего что с этим связано: 1) 50 копеек; 2) 50 рублей; 3) 50 лет.
  • Пилить — делить на половину, разрезать ровно на части; в личностных отношениях действовать на противоречии, бросаясь из одной крайности в другую, но всё время занимая середину, не вдаваясь в подробности и не углубляясь, как бы оставаясь между крайностями, над ситуацией, выше обстоятельств. Пиликать, то же.
  • Пила — орудие труда в виде стальной пластины с рукоятью и острыми зубьями для разрезания на полы, а также зубчатая планка в шкафах для установки полок и зубчатая дужка сундука для стопора крышки. Пилка, терпуг, и напильник, то же. Опилки, стружка. Драть напилком. Шпилька, булавка. Шпиль, длинный пильчатый гвоздь. Пилум, древнеримское метательное оружие в виде длинного пильчатого острия с тяжёлым как у копья ратовищем для застревания в щитах. Рыба-пила.
  • Племя — разделённая местом, временем и обстоятельствами общность людей; наполовину разделённый народ и половина народа, разделённая в самой себе на равноценные части, мужской и женский пол. Но сколько бы не делился в самом себе народ, всё равно останется народ. Племенной бычок. Греческое phile, племя. По этой причине исторические названия племён по большей части оказываются в основе своей географическими указателями их первоначального пребывания на местности.
  • Плеть — нитка, повой, поросль. Плети, длинные тонкие поросли витых растений. Плетни, шнурки, завязки, прочие лапотные оборы. Плетень, растительная изгородь, тын из повоя, забор из веток, перевитых между кольями, иногда обмазанных глиной. Плести, перевивать в одно целое; свивать самое меньшее из пары прядей-плетей, пропуская то под низом, то сверху. Плести под руку, перевивать пряди-плети не поверх, а понизу. Плетение бывает простым скручиванием, в переборку, крест на крест и внахлёст. Плести верёвки, в перехлёст. Плётка, бич. Плести косу, тоже на перехлёст. По простому косу заплетают в три пряди, а по учёному и больше. Девичья коса — плетеница. Лапти плетут крест на крест. Плед (англ. plaid), сотканное шерстяное одеяло, (диал.) пелед. Все домотканые вещи представляются как единое полотно какой-либо ткани. Плот как плавательное средство из креплёной повоем связки брёвен или прутьев. Оплот, деревянная крепость. Плод как завязь у растений либо зародыш у человека и животных. Плетево, стан человека как стройность его тела, общее сплетение тканей, сосудов, нервов. Соответственно плоть, пучок нервов, сгусток сосудов, сращение различных тканей. Стихоплёт, поэт и художник, пропускающий каждую стихотворную строчку через рифму и размер по меньшей мере двойным перебором. Сплетни, извитие словес, перепутаная речь, когда правда и кривда переплетаются между собой во время разговора. Плут, сплетник, ведущий разговор всеми правдами и не правдами: кто свивает одно слово с другим. Плутать, заблуждаться и блуждать, извиваться. Оплести кого, обвести вокруг пальца, обмануть. Плестись, жить дружно, по любви, в согласии; идти иным ходом, как бы не своим, когда одна нога заходит за другую. Они плетутся по жизни, о двух больших друзьях.
  • Плюс (лат. plus, больше, как сравнительная степень лат. multum, много) — знак в операциях сложения; признак положительного числа. Символ + ставится как знак сложения в бинарных математических операциях, или арифметических действиях двух аргументов как слагаемых, результатом которых является новое число или сумма слагаемых, которое получают увеличением значения первого аргумента на значение второго.
  • Поли — в сложных словах обозначает множество, частоту: от греческого poly, много. То есть половины имеют отношение к частоте, множество — к частоте половин. Многообразие проявляется в их частотности, потому как половин может быть настолько много, насколько часто. Например дни и ночи, мужчины и женщины, земля и небо проявляются как частота половин и половинчатое множество. Числительное два, — по количеству половин на одну полноту в грамматическом значении — множественное число. Транслитерация древнегреческого poly и старославянского полы представляется как множественное число имени существительного полъ, означающего половины. В полы, в половины; с оба полы, с обеих сторон; на полы, напополам. В грамматике латинского языка pluralis обозначает множественное число. Плюрализм мнений, как полноценное множество обсуждаемых проблем. На греческом pоllaploús, множественный, pollá, множество. Полимер — органическое и неорганическое кристаллическое и аморфное вещество, состоящее из «мономерных звеньев», между собой соединённых или координационными, или химическими связями в цепь и образующих длинные макромолекулы. Макромолекула ДНК является двойной винтовидной структурой в виде генетического кода, состоящего в последовательности пар нуклеотидов аденин-тимин и гуанин-цитозин и обеспечивающего наследственной биологической информацией живые организмы и великое разнообразие видов.
  • Полший (устар.) — большой, или великий, буквально ‘полный’. Полший князь и более, полнее, многочисленнее. Более того, многозначительнее, полноценнее, разнообразнее, объёмнее. Полноте вам! — хватит больше, больше не надо. Исполин, великий человек, как имеющий право голоса и обязанности в городской общине и гражданском обществе. Это большой человек, вельможа. Болии мужи, лучшие люди города и общины — былиБоляр, знатный муж; боярин, барин. Большой смысл, полномасштабный, многозначительный, равновеликий. Большая разница, много различий, полное различение. Обелъ (устар.), круглый, полный. Изобилие как есть восполнение жизни. Облако в небе, как исполненное влаги, тоже яблоко, круглый плод, наполненный соком (ср. полный дурак, то есть круглый, и круглые формы, как полные). Оболочка полностью облегает поверхность чего-либо.
  • Полис (гр. polis, город) — исходная общественная форма государства из нескольких селений, объединившихся вокруг одного городского центра, как первая государственная форма организации общества, в котором все граждане имеют определённые законом права и обязанности. В древнем мире такие греческие полисы (лат. civitas, гражданская община), как тот же Рим, Византия или Финикия, исторически развивались до имперской формы политической организации общества, состоявшей из нескольких как минимум двух полисов, объединившихся вокруг одного престола как имперского городского центра, или столицы. В одном греческом полисе как бы в маленькой стране была сосредоточена общественная жизнь всех граждан и союз полисов без единого городского центра только расширял границы политической, — государственной, организации гражданского общества, когда это было возможно под эгидой военной или торговой экспансии. Развитие государственных отношений в политическом союзе неизбежно вело к возникновению первых в мире империй, где полнота всей власти сосредотачивалась в одном из наиболее могущественных в политическом, военном и экономическом отношении городском центре. Союз нескольких империй в первой четверти XVIII века привёл к новой форме правления политической организацией общества, — державной, с главным центром державы в первопрестольном и самодержцем во главе, как монархической формы централизованного управления империями. (В различных языках наблюдается обусловленность города и полноты: санскр. pur, город или purna, полнота: Горакхапур; рус. поль и быль в сложных топонимах Каргополь, Чернобыль; гр. polis и plirótita. В греческом языке слово полис появляется примерно на том же основании и в том смысле, какой сохраняет древнерусское полший в устаревшей концепции полший князь, а дословно «великий», — буквально ‘большой’, в концептуальном значении большой князь, что вполне себе соответствует званию великого князя или князя князей, в руках которого была сосредоточена полнота вверенной ему власти. Стало быть и гр. polis означает великий город, в котором правит большой князь, наделённый полномочиями в политике. С чем сравнимо укр. громада и громадяне, как «полис» и «исполин», «пур» и «пуруша»). Речь Посполитая.
  • Полюс — точка пересечения поверхности Земли с воображаемой остью вращения. Слово представлено понятием северного или южного полюса. В обыденной жизни два полюса — яркие противоположности. (Из др.-гр. polos «земная и небесная ось» через посредство лат. polus).

Необходимо отметить подряд слов, который семологически тождественен не по признаку первой степени с функцией противостояния, но по второстепенному, не утрачивающему взаимообусловленности с первым и целесообразному ему. Вторичный признак с функцией состояния половин, как их равности-ровности и середины между ними, также представлен в языковых знаках с корнеслогом {пол}. То есть предмет или явление, которые первоначально воспринимались как единые, но состоявшие из двух частей, с течением времени испытывали на себе те изменения в восприятии, что представление о составляющих его обоих частях утрачивалось и от двойственности понятия оставалось лишь понимание единства предмета. Здесь функция состояния ассимилируется с признаком, не отменяя при этом последнего, так как изменения происходят не с объектом наблюдения, а в сознании наблюдателя.

Поле — твёрдая относительно ровная поверхность большого пространства, или равнина; долгота и широта открытой поверхности земли; или степной простор; долина, не занятая ни лесом, ни горами, ни водой и ни чем-либо ещё; широкое раздолье. Чистополь. Высохшее днище древнего океана и обмелевшее морское дно как то же поле, до того скрытое морской пучиной. Триполь. Естественным продолжением поля как земного пола, на котором стоит и движется всё живое и не живое, является поле как небесный потолок: юдоли земной противостоит юдоль вышняя. В полузабытых представлениях о небе оно воспринимается как твердь, на которой предустановлены небесные тела или движется мироздание. Новый же взгляд предлагает старое представление Единого поля, как полноты существования, которое является той средой обитания, где крутится и вертится целая Вселенная. Выйду я (имя рек) в чисто поле. Таким образом, названия городов, как сложно произведённые на основе ~поль, указывают на названия тех мест, где они были поставлены, полагаясь на первооснову: Чистополь в «Чистом Поле», Каргополь на «Вороновом Поле», Тернополь в поле, поросшем терниями и волчцами. Чернобыль. Исторический Скифополь на «Скифском Поле», Neapolis стал городом, воздвигнутым на новом месте.

Полоса — распростёртая прямая или кривая, тонкая или толстая, широкая или узкая, длинная или короткая ровная часть чего-либо. Пелесина. Как правило, проходит по середине или по линии соприкосновения, в целом разделяя место на противостоящие стороны, примерно также, как разделяет на своих и других приграничная полоса, или рубеж. Воображаемая линия земной и небесной оси вращения, по гречески polos, является такой же полосой, которая делит земной шар на восточное и западное полушарие, но не делит мир на Запад и Восток. Полоснуть кого (по щеке), нанести рану, оставить рубец. Плоскость, свойство полосы, ровная часть поверхности. Плоский свет, отражённый на поверхности, свет солнечного зайчика. Хорватское ravan, плоский, словенское ravno то же. В плоскости чувств, равнодушно. Плошка, столовый прибор с плоской или чуть искривлённой поверхностью. Сполох, как отблеск полосы света, либо вспышка на небе от северного сияния, грозы или зарницы, пламенного огня или взрыва. Сполохи огня. Площадь, плоскость участка естественного либо искусственного происхождения. Красная площадь. Площадь круга. Сплошной, как равномерно распределённый по всей поверхности, на всей площади либо во всю плоскость. Сплошная грязь. Плюхнуться, удариться лицом в грязь; погрязнуть в заботах; снизойти до уровня земли и пола. Плюсна. Приплюснутый.

  • Пласт — поверхностный слой земли, почва, или залежи горной породы, земные недра. Плащ, накидка в виде пласта не промокаемой ткани, без рукавов с капюшоном. Плющить, как бы равнять с полом, приравнивать к какой-либо плоскости, например, к плоскости чувств. Распластанный, расплющенный. Растение, стелющееся по земле, с говорящим названием плющ, как распластавшееся, вьющееся. Пластика, глина, — равномерно распределяемый по поверхности изобразительный материал, силикон и другое в пластической хирургии. Пластмасса. Движения пластичные, ровные, непрерывно переходящие одно в другое. Пластичный, гибкий, податливый, мягкий как пластилин. Пластичное поведение, ровное, без изъянов, сглаженное. Пластичность тела, гладкость форм и ровность в движениях. Пластина. Плоская сторона вещи — пласть.
  • Плаха — дрова плоские, не круглые. Не городи частокола кругляшами, а коли на плаха. Коротыши поленятся колкою, а плахи пилкою. Забор плашинный. Дрова в плахах — плашняк. Шерстяной клетчатый плат по поясу вместо юбки; головной золототканный платок; юбка с поневой. У гребенщиков: костяная и роговая пластинка для выделки гребёнки; или в Сибири — огниво, кресало. Также место казни, лобное место с плахой в сравнении с виселицей или костром. Плашник, как ловушка на мелкого зверя в виде площатого деревянного снаряжения.
  • Плашмя (нареч.) — лёжа, а не стоя: положить что-либо одной стороной вниз, другой вверх. Лёжа на правом боку (на спине, животе). Плашмяк, плоская сторона вещи, боковина.
  • Плешь — отсутствие волосяного покрова на голове человека или шерсти на теле животных, в плоскости оголённой поверхности головы или тела. Плешивый, драный (о животных), лысый; лишайный. Плесень, как та же плешь, разъедающая поверхность. Фамилия Плеханов.
  • Плёс — широкая полоса реки между смежными перекатами, изгибами в русле; обширная полоса водного пространства промеж двух островов, где течение вследствие этого быстрее. На плёсах река, как правило, глубока и широка, и как следствие, разливы рек тоже называются плёсами. Речка плёсами, обширные участки по всему руслу реки, связанные протоками. Бурлаки считали время своего пути плёсами: прошли три плёса, а три осталось. (Плёс, по всей видимости, сообразен плошке и плеши).
  • Плюгавый — невзрачный, неказистый, в сущности, плешивый, с лысой головой или лысиной по середине, или вырванным клоком шерсти; тоже лишайный; вкупе заразный и грязный. Копна густых волос — показатель красоты в древнейшую и современную эпоху.
  • Пляж (фр. plage побережье) — песчаная или галечная полоса отлогого берега без растительности. На французское слово повлияло латинское plaga, промежуток: пляж буквально значит ‘полог’, как промежуточная сторона, как полоса разделения между водой и землёю, влагой и сушей, голубым и зелёным полом, жёлтая поверхность песка). Пологий берег, то есть плоский, не гористый, песчаный, под пляж.
  • to play (англ.) — играть или разыгрывать партию, проигрывать запись или играть на музыкальном инструменте, играть роль или действовать, забавляться. (Соревнование, состязание и соперничество проводится по правилам игры, которых придерживаются обе противостоящие стороны. Имеет смысл концепция жизнь как игра, в которой начало — рождение, а смерть — конец, и в которой на каждое действие есть противодействие. Действие равно противодействию. На английское слово также оказало влияние латинское plaga, как промежуток между началом и окончанием чего-либо с йотацией в конце слова: англ. to sayto sag*; a daydag*, ср. нем. Tag, a waywag*).

Полотно, как полоса бумаги, ткани, земли, металла, камня и дерева. Полотно железной дороги. Платный труд, работа за жалование или вознаграждение в виде красного товара: ценной бумаги, дорогой ткани, дорогостоящего участка земли, драгоценного металла (золота, серебра) и камня (бриллианта, рубина, изумруда). Полотенце, короткое и узкое полотно ткани. Полота, как правый приток Западной Двины, то есть речная полоса, разделяющая сушу на правую и левую стороны; этимологизируется в буквальном значении ‘полотно воды’.

  • Плат — полотно ткани, земли, металла. Заплатка, узкая полоска ткани на одежду. Платье, одежда сплошной полосы ткани как индийское сари, римская тога. Плата, кусок ткани, земли, металла. Заработная плата, довольствие, награда, жалованье в виде красной ткани, дачного участка, ценной бумаги. Платок, малый плат. Материнская плата компьютера. Платформа (< фр. plate-forme, «плоская форма», от фр. plat, плоский, гладкий, ровный или пошлый. Англ. flat, плоский, ровный, равнинный, прямой, плюснутый или однообразный. Значение «пошлого», также как и «однообразного», находится в плоскости чувств, указывающих на равнодушие. Лат. placenta «лепёшка»). Плац, площадка для проведения воинских строевых занятий и смотров (нем. Platz). Плафон. Философия Платона.
  • Плато — равнина, лежащая относительно высоко над уровнем моря, и отделённая от окружающей местности крутыми склонами, плоскогорье. Сибирское плато.
  • Плита — полотно земной поверхности, как участок малоподвижной земной коры, часть литосферы. Литосферные плиты. Строительная плитка. Плинтус.

Плоские вещи незаменимы как сплошное покрытие на поверхности чего-либо и оказываются причиной появления значений в переносном смысле. Функция покрывания в такой же мере ассимилируется с признаком, в какой и функция состояния, не отменяя последнего в третьей степени.

Полата (кровля) — раздельная жилплощадь в каменном здании, дворце, доме, в которых много комнат верхнего и нижнего жилья. Царские палаты. Верхняя Палата, сенат. Государственная Дума, как Нижняя Палата в правительстве. Палата №6. Палаты каменные.

Полати — настилы, подмостки в верхнем ярусе строений под потолком или же кровлей, кроющая поверхность. Полок, помосток в бане и на печи и полка, как настил-подставка. Книжная полка.

Пóлог — равномерно распределённая кроющая поверхность. Под пологом леса, кроной деревьев. Какая-либо материя, вещество. Полог кровли. Полог тумана. Полог кровати, покрывало; как занавеска на колыбель. Тент. Автомобильный или строительный полог.

Пóлоз — часть транспортного средства в виде саней-лыж, которая обеспечивает одновременное сцепление с трущейся поверхностью и скольжение в плоскости, не проваливаясь. Часто полоз имеет себе пару, откуда его множественное число — полозья, сани, лыжи. Полоз, змея; пресмыкающееся, особенностью которого является передвижение по поверхности как скольжение в плоскости всего тела, наподобие саней или лыж, тех же полозьев. Отсюда ползать, скользить. Полоз, разновидность сошника.

Полон — заточение как лишение свободы, содержание в неволе. Заполонить, захватить пространство или обнимать время; заполнить время и пространство чем-либо; закрыть, покрыть.

  • Палатка — помещение, нередко в походных условиях, поставленное на остов из натянутой на него толстой и прочной не промокаемой ткани, — палаты, первоначально в широких цветных полосках. Рязанский чулок.
  • Плен — полон; плёнка как пенка на поверхности горячего молока; или пелёнки, во что укутывают, или пеленают, младенцев; пелена, бельмо на глазу; туман перед глазами, пленить кого-либо, надеть повязку на глаза или смирительную рубашку на руки, накинуть мешок на голову, связать по рукам и ногам. Оказаться в плену всё равно, что целиком и полностью быть закрытым, запертым от внешнего мира, в застенках пещеры, ямы, сруба, палисада. Пелена, как легковесное покрытие чего угодно. Пелед то же, что пелена.
  • План (лат. planus, плоский, ровный) — схематичное изображение места и предметов на местности в плоскости координат. План местности. Как однообразие жизни и монотонная рутина, которой придерживаются, всё время находясь в плоскости чувств. Греческое phillon, лист. Планина, как плосковершинная и вытянутая известняковая горная цепь в Далмации; у сербов и болгар общее название покрытых лесом гор и горных вершин.
  • Планета — небесное тело, наблюдаемая поверхность которого кажется плоским и ровным кругом, как видимые невооружённым глазом Солнце и Луна. Интересно, что в индийской астрологии планетам соответствует понятие «граха» как означающее захватчика, или того кто берёт в полон.
  • Плуг — рало с полозом для поднятия целины; сравнимо соха, как рало с сошником.

Сплошные вещи часто бывают пустыми внутри и оголёнными снаружи, ничем не заполненными и настежь открытыми, проходящими по признаку четвёртой степени с функцией раскрывания, откровения, тоже ассимилируясь с функцией по признаку противостояния первой степени без отмены последнего.

Полоть — дёргать сорную траву под корень, вырывать глушь и убирать камни, оставляя землю голой под посевы, посадки. То же палать. Искони могло быть обозначением определённого способа обработки земли под семена, отличного от глубокого рыхления плугом, смысл которого сводится к разрезанию пласта земной поверхности ралом с сошником.

Полый, имеющий отношение к полу как ровной поверхности, которая ничем не заставлена и представлена лишь голым пространством, закрытым снаружи, как полость, — полый шар, полый пень, полое ядро, полый орган и полая работа; или открытым изнутри, как поло, — ворота полы, двери полы, окно поло, вода пола. Полое как противоположность полному. Попасть в поло, в простор меж льдин; пуло, как устаревшее. Водное поло (спорт.), игры на открытой воде, а не на льду. Встарь жить было поло, то есть свободнее, просторнее, раздольнее. Полоротый, тот у кого рот не закрывается, кто не держит его на замке: горлан, крикун, хохотун, базлан, повеса, насмешник. Полоумный, весьма откровенный, чрезвычайно открытый, не очень скромный и не слишком стеснительный, или полоумок. Полудурок, откровенный дурак. Полорукий, тот у кого всё валится из рук, кто остаётся с пустыми руками, или уходит ни с чем. Полое место, как низменное, заливное или углублённое, куда и стремится полая вода, — низина, низменность. Полое стекло, полая грудь, что означает впалые, а не выпуклые; углублённые, а не возвышенные; прямые, а не округлые; низкие, а не высокие. Половник, столовый прибор с полой — глубокой, низкой — поверхностью для черпания с опорожнением. Полоротый говор, низкий на [о], сравнительно с говором «зеворотым», высоким на [а]. Половодье, вешняя, высокая вода, когда много её в реках: после таянья льда и снега по весне; самый разлив рек, когда реки полы, не покрыты льдом, ещё не замёрзли, не встали или уже вскрылись под толщею льда. Полоскаться, купаться, стираться, мыться (в открытой воде).

Полынья — полость ниже уровня льда, ещё не замёрзшая или не замерзающая часть водоёма, прорубь; вскрывшаяся подо льдом вода, то есть полая.

  • Плавни — заболоченные поймы в низовьях рек и озёр.
  • Плакать — открыто проявлять свои чувства, разводя на лице слёзную мокроту, истекая влагой глазных желёз; прослезиться. Слёзы ручьями текут по щекам.
  • Плескать — разбрызгивать открывшуюся вдруг воду.
  • Плыть — двигаться в открытой воде. Плавать. Плавник, орган приспособления у водоплавающих животных.
  • Пуля (устар.) — это и полое деревянное ядро, пустое внутри, надеваемое коровам на рога, чтобы скотина сильно не бодалась; и полый свинцовый шарик как небольшой снаряд для оружейной стрельбы. (< др.-рус. пуло, поло. Лтш. puolis то же; puõɭa, семенная коробочка, клубень).

Полымя — открытый огонь, который пробивается на поверхности, поднимаясь вверх, — пламя, редко поломя. Обычно огонь начинается в нижнем глубинном слое в скрытом виде, когда вещество тлеет изнутри, затем пробивается наружу в виде ярко горящего светоносного пламени. Революционный призыв из искры возгорится пламя, где искра, по сути, тлеющее вещество, сдерживающее огонь от воспламенения. Из огня да в полымя. Огнестрельное оружие то, которое при стрельбе воспламеняется. Приказ «открыть огонь из всех орудий!» или «на поражение!» даёт огню возможность выйдти наружу с воспламенением людей, техники, строений. Пли! Пальба, огнестрельное оружие в действии. Самопал. (Как суффиксальное производное от поло, буквально ‘огненное поло’, ‘полый огонь’, не скрытый веществом и как будто порожний: пройдти сквозь пламя). Запал.

Полеть — пылать. Полено, древесина, и поленница, костёр. Полова, опавшие мягкие части полевых цветов и луговых трав, деревьев и кустов, выстилающие землю и выгорающие на солнце; солома, сено, силос; шелуха, лузга как мякина сельскохозяйственных культур. Плевелы, то же. Отделить зерно от плевел. Половый, цвета пола как земного настила, выцветшего растительного покрова; желтовато-белый цвет степной травы, цвет выжженной под солнцем полевой муравы; цвет сгоревшего на солнце белья. Старославянское плавый. Палевый, бледно-жёлтый, изжелта-белый, желтовато-белёсый. Палевые сливки. Степной народ половцы, живший на просторах южнорусских степей в Поле, сравнимый с псовой мастью: половый (о собаках), соловый (о лошадях) или глинистый (о голубях); бусый (о волках). Половик, циновка (из полова).

  • Пал (сибир.) — сплошное выгорание растительности; выжигание лесных площадей под пашню при подсечно-огневой системе земледелия; пожар, гарь в степи; огонь пламенный. Пал начинается с тления подлеска и гари в самом нижнем ярусе леса, подножном слое растительности, когда есть только дым и лёгкое воспламенение, огня не видать. Нет дыма без огня. Палить, обдавать пламенем одежду, волосы, кожу или обувь так, чтобы с гарью, тлением, когда дым есть, огня не видно. Подпаливать щетину. Спалить кого-либо, обдать пламенем страсти, дабы горел по-чёрному, то бишь скрытно, тихо, только дым коромыслом. Палящий зной. Паль, как место сплошного выгорания растительного покрова или зола. Палок, пожог лесной, огнище, гарь. Палёный кирпич. Палёная свинья.
  • Палёнка — выжженный на сахаре ром, водка; пресная лепёшка печёная в золе или палёная на огне.
  • Палка — сук и ветвь, упавшие с дерева или высохшие: древесный скол, деревянный лом; используется для добывания огня и разведения костра как хворост; тлеет и самовозгорается на палящем солнце. Пал, портовая свая. Шпала, железнодорожная свая. Палец (спец.), слесарная свая, тот же шпиль. Палица, боевая дубина. Палисад, тын как забор или ограда из тычин или жердей, насаженных тычком. Палисад военный, тюремный сплошного частокола, заострённых свай. Палисадник, сад-огород вдоль дома, обнесённый частоколом. Палисадина или садовая свая. Паланка, городская слободка в Малороссии; укреплённый тыном городок; иногда земляное укрепление.
  • Пела — лузга, шелуха как части колоса, измельчённые молотьбой или выгоревшие на солнце и опавшие мягкие части растений. То же пялы.
  • Пепел — зола как бесцветный продукт выгорания, гарь. Испепелить, выжечь.
  • Плеть (арх.) — тлеть, истлевать. Плень, истлевшая вещь, пережжённая ветошь; тлен, гниль, — вплоть до душевных мук и терзаний: плениться девичьей красой.
  • Пыл — пламень страсти, огонь чувств. Пылкий, энергичный, страстный, чувственный. Пылать (о страстях), быть в гневе, приходить в ярость. Пыл огня, жар пламени. Вспыльчивый, импульсивный, вспыхивающий, страстный. Запальчивый. Дуновение огня, жаркий воздух, дух жаровни, тепло печи. Пылать (об огне), обдавать жаром пламенного огня, гореть. Скоропалительное решение.
  • Пыль — зола сгоревших и прах истлевших, мельчайшие частицы гари и праха. Пыльца, клетка размножения растений, или опыления, переноса пыльцы ветром или насекомыми на расстояние.
  • Пяло — свая или доска для растяжки, распорка. Пяла тележные. Пяла шкурные. Пяла суконные, столбы с прогоном и крючками для растяжки. Пяльцы, для растягивания чего-либо. Ручные пяльцы. Стоячие пяльцы. Пялицы, рама для растяжки ткани, по которой шьют, которую стегают; женский рукодельный верстак. Пяльчатый, схожий с четырёхугольной рамой пялец. Пялок, однократное действие по натяжке в пяльцы. Один пялок дошить. Пялить, тянуть. Пялиться на кого-либо, положить глаз, пристально глядеть. Пальцы руки ассоциируются с ручными пяльцами, предназначенные для подобной деятельности. Пялуса (арх.) как лесная тропинка, протянувшаяся в глубине леса.

На многочисленных примерах отчасти показано, каким образом лексически и семантически обусловленные связи по признаку I степени с главной функцией противостояния и функциями противоположности, противопоставленности и смежности понятий ассимилируются с функцией II, III и IV степени тождества, не переходящей в признак корневого слога {пол}. Было обнаружено, что также как лексема является звуковой оболочкой слова, семема представлена звуковой оболочкой семени — семой, на основании тождества с которой рассмотрен план содержания различных в плане выражения словообразований, обусловленных признаком, охватывающим семантику словоряда наподобие нити ожерелья. И было обнародовано лингвистическое учение, чтобы вместе с другими учениями исследовать проблему корневого слога на предмет его лексико-семантических разотождествлений, имеющих место между планом выражения, — лексемой, и планом содержания слова, — семемой.


Литература

1. Бодуэн-де-Куртене И. А. Избранные труды по общему языкознанию. М., 1963, т. 1, стр. 182.
2. Толстой Н. И. Из опытов типологического исследования славянского словарного состава. «Вопросы языкознания», 1963, №1, стр. 30.
3. Л. А. Введенская, Н. П. Колесников. Этимология: учебное пособие. СПб., ИД «Питер», 2004, стр. 73.
4. Брандт Р. Дополнительные замечания к разбору этимологического словаря Миклошича. РФВ., Варшава, 1890, т. XXIII, стр. 302 (по-Богатовой Г. А.).
5. Институт русского языка. Вопросы исторической лексикологии и лексикографии восточнославянских языков. М., «Наука», 1974, стр. 45.