ЖАВОРОНОК

Согласно общему месту, языковая картина мира отражает наивные представления народа об окружающих его предметах и явлениях: народное мировоззрение противопоставляется научному видению. Наивность языковой картины мира в обществе обслуживается как исключительная доверчивость обывателя, непревзойдённая склонность его к бесконечным заимствованиям из других, более совершенных и гораздо развитых, языков. Следствием чего стало определение языковой картины мира как «наивной». В противовес этому на повестку дня в первую очередь выдвигается так называемая научная картина мира, которая, сама по себе уже, оттого кажется не менее «примитивной». Однако, дело обстоит таким образом, что так называемой наивной картины мира, равно как и научной, просто на просто не существует! Бывают лишь примитивные представления лингвистов и наивные не лингвистов о языковой картине мира.

Жаворонок — маленькая певчая перелётная птица отряда воробьиных с оперением землистого цвета, предпочитает открытые пространства.

В слове выделяются не производная основа жа и суффиксальная производная воронок. Первая восходит к открытому корневому слогу га в церковном славянском гаяти [гайать], петь, хорошо известному по концепции птичий гай, сравнительно с украинским жайворонок и древнеиндийским gayati, поёт, gayatri, песнь, из чего, видимо, следует, что птицы всё-таки не поют, а гают. У словаков гайда, музыкальный инструмент наподобие волынки. Известны фамилии Гайдай и Гайдар. Та же основа, но с перегласованием в корне наблюдается в названии другой птицы, а именно, гусь, которое, как полагают, суффиксального происхождения от звукоподражательного га, что и немецкий антропоним Gans, латинское (h)anser, но без носового звука; якобы птица названа так по свойственному ей крику. Правда, здесь не учитывается, что разные народы по-разному слышат одни и те же звуки. Да и основа на га в других словах означает совсем не то, что гусиный крик. А это наводит на ту ещё мысль, что птица названа так не по характерному для неё крику, хотя и это вполне возможно, а по признаку корневого открытого слога га, суть которого состоит в том или ином звуковом подражании объекту. Гогот, громогласный смех, хохотать, смеяться громко, от всей души. Ни гу-гу, значит, ни звука; ни жу-жу, то же самое. Жук. Жужжать. Жужелица. Сравнительно с чем имеем древнеиндийское hamsa, лебедь. Сказочные гуси-лебеди пишутся через дефис постольку, поскольку лебеди, по своей натуре, те же гуси, только красивее и благороднее. Любопытно, что в арабском языке термином «хамза» обозначают диакритический знак для передачи на письме согласного звука, возникающего на момент гортанной смычки, так называемый глотательный ступор, — знак, который отдалённо повторяет очертания лебедя или гуся, а в речи напоминает резкий гортанный крик этих внешне чем-то похожих на себя птиц (семейства утиных отряда гусеобразных). Сравнительно гусли, старинный музыкальный струнный инструмент, повторяющий контурно плавные изгибы лебедя. Хамза, мужское имя, распространено у арабов и тюрков. Хамзат.

В общем же и целом, разного рода и вида птицы довольно часто получают свои названия уже только на одном этом основании по признаку. И тому есть вполне определённая причина: в отличие от всех других голосов вместе взятых, за исключением, пожалуй, что человеческой речи, на общем фоне природы птичий гвалт никогда не умолкает. Галка. Гагара. Голубь. Гоголь. Латинское gallus, петух. От воинственных римлян легендарные кельты унаследовали собственное имя галлов только за то, что на своих щитах (или воинских стягах) они изображали птицу, похожую на петуха. Баснословный Гамаюн, птица вещая; возможно, попугай. В том же церковно-славянском гавран означает ворона, и это же значение ворона присутствует в болгарском, сербохорватском и словенском языках; в чешском языке havran тоже ворон; в польском gawron. Фамилия Гавронский явно польского происхождения. В том же украинском гайворон означает грача, иногда ворона. Гайворонский.

Для пущего сравнения, детский гам, когда дети на игровой площадке галдят, аки птенцы в гнезде. Сгамать еду, съесть её с превеликим удовольствием, сопроводив то звуками наслаждения. Гул водопада, когда огромный поток воды, льющейся сверху вниз, гудит в ушах. Гулять, шумно и весело проводить время. Дети гуляют. Так называемые Боянины гомы, по существу, те же гимны, самые что ни на есть гомоны, согласно концепции птичий гомон. В брачный период у некоторых видов оленей начинается так называемый гон, когда самцы громогласно ревут в поисках себе самки. Ямщик, не гони лошадей, то бишь не кричи на них, не поднимай на них голоса, не стегай их, чтобы те шли быстрее. Гундеть, говорить через нос. Гикать.

Другая основа проходит проверку по признаку обращения, вращения, как в слове воронка, вмещающем понятие центробежной силы водного или воздушного потока. По этой квази-причине ворон вполне мог получить своё название по свойству птицы кружить над землёй, под небом, или по особенному крику, или и то, и другое вместе, или же по способности говорить человеческим голосом, отчего в баснословных сказаниях и древних преданиях старый ворон наделялся даром вещего слова, а велеречивая мудрость ворона соизмерялась его долголетием. Украинские грачи, гайвороны, не кружат в небе подобно орлам, но всё-таки являются перелётными птицами: возвращаются вместе с весной в родные края; также подобно ворону наделены даром воспроизводить звуки человеческой речи. Так как изустное общение между людьми строится на правах взаимообратной связи или способом обращения одного человека к другому и наоборот, имеем английское word, слово; латинское verbum, глагол; русское врать, говорить (попусту). Ври да не завирай, говори да не заговаривайся. Враки, слова, не имеющие отношения к делу, пустословие, пустопорожнее. Ворчать, о людях; ворковать, о голубях. Русское верещать, пронзительно кричать, откуда восстановленное *верест, резкий крик. Сравнительно с чем орфографически верное свиристель, грамматически правильное же сверестель. Не безызвестные воробьи тем и отличаются, что подобно детям собираются вместе, по-своему кружат и воркуют, пронзительно чирикая.

В ассоциативном ряду все говоры и говорные словечки, что пение птиц, что птичий гай, из чего непреложно следует, что люди как птицы неугомонны, что человеческая речь подобно птичьему граю не умолкает, и что птицы не только способны петь, но и говорить на человеческом языке. Не по этой ли причине концептуальное выражение птичий язык закрепилось за каким-либо непонятным говором, за неясно говорящим на каком-либо языке. Так, офени-торговцы было выработали какой-то свой особый птичий язык: ботать по-фене.

Жаворонки в отличие от канареек, тоже воробьиных, воспроизводить звуки человеческой речи не могут, хотя кто знает, и хоть это перелётные птицы, название своё получили скорее всего по исключительному свойству, поднявшись высоко над землёй, порхать на одном месте, но не просто зависая, а выписывая в воздухе круги, вращаясь вкруг своей оси. В Толковом словаре живого великорусского языка эта особенность жаворонков отмечена производным словом жаворонить, там же порхать по-жавороночьи; более того, приводятся два местных названия для жаворонков, а именно, юла и вырей!

В этимологических и прочих словарях ничего подобного найти не удаётся, там всего этого просто на просто нет и быть не может, пока что-то коренным образом не изменит устоявшегося не продуктивного отношения к богатому наследию великого народа.

P. S. Есть большая вероятность того, что название вороны происходит по признаку обратного, рассмотренному ранее в контексте слова берлога, и связано неизменно серым, а местами чёрным оперением у птицы. Не исключено, что и другие названия птиц, в основе которых имеет место закрытый корневой слог вор и иже с ним, со временем пройдут проверку на признак взаимообратного и таким образом будут привязаны к коричневому (жаворонок, воробей) или чёрному (ворон, грач, «скворец») оперению.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *